Новости

15 апреля 2007 года

21 марта 2007 года в немецкой газете "Sueddeutsche Zeitung" вышла статья "Mein Haus, mein Job, meine Taiga"

 

Среда, 21 марта 2007                                                                              Зюддойче Цайтунг № 67/ страница 3
 
 
Российские немцы и их новая жизнь в Сибири: «Я и не думал, что так много людей хотят  вернуться».
 
Франк Нинхьюзен

Мой дом, моя работа, моя тайга

После распада Советского Союза миллионы российских немцев выехали в Федеративную Республику, но уже первые из них возвращаются обратно на набирающую силы Родину.

 
Голубой Залив/Новосибирск в марте  - Голубой залив, редкое название для небольшого поселка, когда пробираешся здесь по снегу, и голубым остается только небо над головой. Близлежащего озера, наполненного запруженной водой  мощного потока Оби, пока тоже не видно. Только пара мужчин, закутанных в толстые черно-серые куртки и теплые шерстяные шапки, убирают лопатой свежевыпавший снег и сбрасывают его на огромные сугробы по краям улицы. Небольшое количество домов, очень ухоженных, из прочного красного кирпича, некоторые окружены белой кованной изгородью. Где-то здесь должны быть и небольшие садики, но в Сибири еще глубокая зима, и белизна этого времени года уже много месяцев назад стерла контуры земельных участков. В одном из этих домов проживает Константин Острецов. Он открывает дверь, предстает передо мной в спортивной серой футболке с короткими рукавами, стройный молодой мужчина, 23- х лет, Немец, который приехал в Сибирь, чтобы найти свое счастье.
     Вот уже три года живет Острецов в своем доме, который находится в получасе езды от крупного города Новосибирска. Пять комнат, симпатичный коричневый паркетный пол, светлая мебель, гостиная с камином, встроенные шкафы на кухне, там и здесь большие зеленые растения как украшения его нового жилища. Острецов делает крепкий кофе, но сам ничего не хочет пить, как, собственно, и слишком много рассказывать. Кое-что о своей жизни в Германии, о заблуждении в том, что он мог бы найти там свое пристанище.
 

Изолированы и без работы

     Острецов – российский немец, у него есть немецкий паспорт и российский, российское водительское удостоверение и немецкое.  Но последнее ему теперь не требуется. В 1997 он впервые приехал в Германию, в 1999 – во второй раз. Это было здорово, он посетил своих дедушку и бабушку, которые там жили. «Это было время, когда я совершенно не думал о каких-либо перспективах, о работе», - говорит он. Тогда, в 2001 году, и он переехал в Германию вместе со своей матерью, фамилия которой – Шефер, и младшим братом. В Мёнхенгладбах они нашли квартиру, где-то между Бёлкенберг-стадионом и главным вокзалом. Однако очень скоро появились сложности. Г-жа Шефер потеряла свое рабочее место, Острецов же вообще не мог найти никакого. Он хотел, как минимум, работать, пошёл на биржу труда, но дальше собеседования дело не пошло.
     Однако день у Константина Острецова был  полностью расписан. Шесть часов ежедневных занятий немецким языком, потом два часа фитнес-тренировок, после этого он посещал вечернее реальное училище. В принципе, хорошая основа для интеграции в совершенно чужой стране, в тысячах километрах от сибирской деревни Черновка, где он родился. И все-таки он говорит: «Немецкий язык всегда оставался для меня большой проблемой». Его друзья в Мёнхенгладбахе были почти исключительно все – российские немцы, они говорили между собой по-русски, и с каждым предложением у них внутри росла тоска по Родине.
     «Я действительно думал, что в Германии будет все на много проще», - говорит он, - «Что будет больше рабочих мест, меньше криминала, меньше социальных проблем». Конечно, Острецов слышал о том, что имеются социальные очаги, в центре которых находятся российские немцы, безработные, разочарованные молодые люди, не интегрированные в общество, которые бегут в криминал и насилие. Константин Острецов, однако, нашел этому совсем иную альтернативу. Он просто уехал. Три года назад он купил билет на самолет, собственно, для того, чтобы навестить своего отца, который остался в Новосибирске. Но потом он просто не захотел возвращаться назад в Германию. Так и остался.
     Около 2,5 миллионов российских немцев с 1990 года выехали из распавшегося Советского Союза в Германию. Привлеченные  своими семейными корнями, обещаниями лучшей жизни в дали от обедневшей России. Многие с того времени стали счастливы в Германии – но многие и нет. Однако возвращение назад в Россию или Казахстан, откуда также выехали многие российские немцы, долгое время было немыслимым. А сейчас для первых из них это время настало, так как экономика России растет, а с ней растут и шансы на хорошую жизнь даже на необъятных просторах Сибири. Около 2000 российских немцев, на руках у который имеются все документы на выезд в Германию, остались в Сибири. А число возвращающихся растет. Герцоги уже здесь, в Коченево, в 50 км от Новосибирска. И Шмидты. И Кригеры, они живут сейчас в Толмачево, в близи аэропорта. И Константин Острецов.
     Его отец купил ему дом в Голубом Заливе, и теперь у него есть работа, в цехе, где производят русские пельмени. Его мать пока в Мёнхенгладбахе, его брат как раз служит в Бундесвере. «Но он тоже неприменно хочет назад в Россию», - говорит Острецов, по-немецки и так тихо, что его еле понимаешь. «И я знаю многих в Германии, кто тоже этого хочет, кто видит перспективы в набирающей силу России. Здесь строится много домов, везде имеются новые магазины и супермаркеты, и опять же – рабочие места.»
     Памятных вещей он не взял с собой из Германии в Сибирь, только цветной венок из сухоцветов весит на стене в кухне. «Я не скучаю»,- говорит он и улыбается. И уже совсем нет, когда с визитом к нему на кухню бодро заходит его друг Владимир Риммер.  «Он - молодец», - говорит Риммер громким голосом об Острецове, - «что вернулся назад в Россию».
    
 Вон из болота!
     Риммер, решительный, крепкий мужчина, 51-го года,  с коротко подстриженной окладистой бородой,  является кем-то вроде отца Голубого Залива. В 1994 году он, застройщик и изобретатель, возвел под городом Новосибирском небольшой поселок, который должен был стать Родиной для российских немцев, приезжавших сюда из других областей России и Средней Азии. Сам Риммер – российский немец. Его планом было – сначала построить Голубой Залив, а затем более крупное поселение – Алексеевку – на собственной земле.
     «Я хочу свести вместе Россию и Германию», - говорит он, - «и я хочу, чтобы российские немцы здесь могли жить в хороших, красивых домах». Это - наказ его бабушки, которая всегда говорила с ним только по-немецки, и его собственное желание в жизни. Риммер любит Германию, часто там бывает, одна из его дочерей учится в Мюнхене, однако и Россию он  покидать не хочет. Его родители были так называемыми «поволжскими немцами». На Волге они жили в красивой местности, поселения были солидными, с асфальтированными улицами. Потом Сталин выслал их, как и многих других немцев, в Сибирь. И жизнь стала на много тяжелее. «В Сибири мы жили в болотах, улицы всегда были полны воды и грязи. И моя бабушка говорила мне: здесь могут жить только свиньи, не люди. Когда ты вырастешь, построй для немцев достойный поселок.» Но когда Риммер собрался выполнить наказ своей бабушки, настало время большого переселения, и российские немцы сотнями тысяч охотнее  выезжали в Германию, чем в неприметные окрестности Новосибирска. Поэтому в 36 домов Голубого Залива заселились в основном русские.   А из проекта Алексеевка тогда тоже ничего не получилось.
     Но а сегодня у Риммера новые надежды, и даже больше: у него имеется генеральный план, нанесенный на 2-х метровую карту, которую он разворачивает на своем рабочем столе в  бюро. Со множеством мелких прямоугольников, кружков и линий зеленого, красного и коричневого цветов. Собственный поселок для возвращающихся российских немцев. На территории в 250 га должны появиться дома и квартиры для 20 000 человек, школы, среди них и немецкая, шесть детских садов, спортивные площадки,  а рядом с данной территорей  - промышленная зона с рабочими местами, к тому же: торговый центр, универсам, молоко- и мясоперерабатывающие заводы, пивоварня, деревообрабатывающий завод, завод по производству упаковочного материала, логистический центр, пекарня, отель, больница. Уже в мае должно начатся строительство первого водовода.
     Риммер предлагает сесть в свой джип для небольшой экскурсии на площадку. Потом он мчится по заснеженным улицам, мимо бесчисленных  берез и бесконечных белых полей, которые предлагают так же много ориентиров, как и открытое море. Неожиданно он останавливается, где-то Нигде. Алексеевка. «Здесь должно  быть все отстроено», -говорит он, протягивая вперед правую руку. Далеко за горизонтом одиноко дымит фабричная труба. Риммер указывает на незаметное ржаво-коричневое решетчатое ограждение, которое одиноко и покинуто стоит на краю дороги. Внутри – толстая труба с металлическим краном. «Смотрите», - говорит Риммер,- «это вывод газа. Теплоснабжение также уже гарантировано.»
     Уже ведутся переговоры с инвесторами, и Риммер говорит, что идут они не плохо. Несколько недель назад он вместе с местной главой администрации  Галиной Никулиной был в Германии, чтобы представить свой проект. И заинтересованные лица могли уже сейчас пометить для себя выбранный дом: одноэтажный, двухэтажный, квартира в таун-хаусе или отдельностоящий коттедж с садом и большим гаражем. Он был в Билефельде, он был в Берлине, он был в Лейпциге, он был в Штуттгарте, и он говорит: «Я никогда не думал, что так много людей хотят вернуться.» Он был отакован e-mail-сообщениями, и если так будет продолжаться и до того времени, когда поселок действительно будет построен, то кажется многие российские немцы теперь видят свои жизненные перспективы в Сибири. Некоторые из них, рассказывает Риммер, уже приезжали в Алексеевку, чтобы самим посмотреть, где они может быть когда-нибудь будут жить. «Почему»,- спрашивает он,- «они должны жить в Германии на социальное пособие, если здесь они сами могут зарабатывать деньги.»   
     Конечно, многого они еще не увидят, кроме чистого поля и пары рядов близлежащих домов в старой деревне Алексеевка, где сейчас проживает только 206 человек, и которая, конечно, ничем не напоминает то, что здесь скоро должно быть отстроено. Это простые, старые, деревянные домики со светло-голубыми оконными рамами и без телефонных линий. И все-таки есть что-то, что скорей всего заставит удивиться многих возвращенцев. И это не только честолюбивые планы застройки Риммера, но и близлежащий  город Новосибирск, до которого здесь рукой подать: магазины, супермаркеты и универсамы, заполненные разнообразными товарами, бары и кафе, заполненные платежеспособными посетителями. Тот, кто хочет покушать в одном из многочисленных ресторанов, должен за несколько дней заказывать стол. Уровень зарплат сильно поднялся, еще несколько лет назад большинство людей здесь получали около 40 Евро в месяц, сейчас это в среднем составляет 400-600 Евро. Для учителей и врачей, которые работают в Германии уборщицами, это действительно дает новые шансы.

 

Подарки от Президента

     Повсюду стоят огромные краны, которые строят офисные башни, квартиры и дома. Все развивается и набирает силы. Прежде всего, Новосибирская область относится к регионам с быстрыми темпами экономического развития, которые Президент Владимир Путин дополнительно поддерживает из рога изобилия российского бюджета. А так как Путин в июне прошлого года еще и издал Указ «О мерах по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников из-за рубежа», то российские немцы, которые решаются на возвращение в родные просторы необъятной России, сразу получают еще и пару особых выплат: 100 000 рублей, почти 3 000 Евро, на покрытие расходов на переезд, бесплатный провоз багажа.
     Конечно, российское правительство заинтересовано также и в том, чтобы закрыть демографические проблемы, которые уже много лет испытывает Россия как раз в малонаселенной Сибири, кладезни мощных нефте- и газоместорождений. Все больше русских уезжают отсюда в Москву, Ст.Петербург, или сразу за границу. Планка рождаемости падает, а одновременно с этим в Сибирь приезжают китайцы, хотят работать, скупают землю, скупают дома. Риммер признается, что он не слишком-то любит китайцев, и он уверен в том, что в этом он не одинок. «В прграничных районах есть русские деревни, заселенные исключительно китайцами, и даже глава администрации – китаец, ктороый приезжает на различные заседания с переводчиком.», -  говорит он.
     Таким образом возвращение российских немцев должно стать не только сигналом новой притягательной силы Сибири; оно, кроме всего прочего, должно помочь русским выстоять против въезжающих соперников из Китая. А интеграция? А совместное проживание русских и немцев? Теперь уже в России, в Сибири, в Алексеевке? Тысячи российских немцев в красивых, современных домах и квартирах – никому это не помешает? «Да нет»,- говорит Риммер, как-будто не понимает вопроса,- «немцы русским намного ближе, чем китайцы, их всегда здесь хорошо принимали. Они в Сибири уже имеют давнюю история. И теперь она будет продолжаться.»
 
Фото:
Сцены из Сибири: Российские немцы были высланы Сталиным в восточные области Советсткого Союза. Однако их жизнь стала слишком тяжелой, чтобы удержать их там, в то время, как в девяностых годах открылись шансы переселиться в Федеративную Республику. Однако сегодня старая Родина предлагает многим больше перспектив, чем жизнь в Германии.

                       

Zur"uck